История Олимпийских игр

Дата открытия: 22 ноября 1956
Дата закрытия: 8 декабя 1956

В ноябре 1956 года внимание всего спортивного мира было приковано к далекой Австралии, к Мельбурну. Здесь 22 ноября состоялось торжественное открытие XVI Олимпийских игр. А за семь лет до этого события на заседании исполкома МОК развернулась упорная борьба во время выборов олимпийской столицы 1956 года.

На это право претендовали десять городов, причем, кроме Мельбурна, все остальные города Американского континента: столица Аргентины - Буэнос-Айрес и Мексики - Мехико, канадский город Монреаль и шесть претендентов из Соединенных Штатов Америки: Детройт, Лос-Анджелес, Миннеаполис, Сан-Франциско, Филадельфия и Чикаго. Споры были ожесточенные, и все же победил Мельбурн.

Но борьба на этом не закончилась. На заседании МОК в Вене в 1951 году впечатление разорвавшейся бомбы произвело сообщение о том, что в Мельбурне нельзя провести соревнования по конному спорту по программе Олимпийских игр. Дело в том, что в Австралии до сих пор действует старинный закон, по которому животные из-за границы могут ввозиться только после шестимесячного карантина, да и то лишь из двух-трех стран. Это объясняется тем, что в Австралии, стране с высокоразвитым животноводством, до сих пор еще не было ни одной эпидемии среди конского поголовья и, чтобы и впредь избежать эпидемий, этот закон не отменяется. Возникла опасность, что Мельбурн потеряет право на проведение Игр, но МОК все же принял решение не переносить Игры, а перенести лишь соревнования по конному спорту. С 11 по 17 июня они прошли в Стокгольме.

Игры в Мельбурне собрали 3184 спортсмена из 67 стран. Впервые выступили на Олимпиаде спортсмены Кении, Либерии, Малайзии, Объединенной германской команды, о. Тайваня, Уганды. Фиджи, Эфиопии. Участие в Мельбурнских играх для спортсменов Северного полушария было связано со значительными трудностями, вызванными необычными сроками олимпийских состязаний - ноябрь - декабрь. Из-за больших транспортных расходов многим странам пришлось сократить состав своих команд, поэтому в Мельбурн прибыло меньше спортсменов, чем на Игры 1948 и 1952 годов.

Советские спортсмены завоевали 37 золотых, 29 серебряных и 32 бронзовые медали. В неофициальном командном зачете сборная СССР набрала 622,5 очка и намного опередила представителей сильнейших спортивных держав, в том числе и США (497,5 очка). Советские спортсмены первенствовали в состязаниях по гимнастике, футболу, современному пятиборью, боксу, классической борьбе, гребле на байдарках и каноэ, стрельбе. В соревнованиях по академической гребле, баскетболу, вольной борьбе, легкой и тяжелой атлетике они заняли второе командное место.

Мельбурнская Олимпиада вошла в историю как "Олимпиада Владимира Куца". Выдающийся бегун Владимир Куц выиграл на XVI Олимпийских играх сразу две золотые медали на стайерских дистанциях - 5000 и 10000 метров, установив новые олимпийские рекорды. Дорога на Олимп была нелегкой.

В детстве Владимир ничем особенно не выделялся среди других мальчишек в своем селе Алексино, что на Сумщине. Разве вот только однажды счастье ему большое привалило: нашел он свой первый спортивный трофей - обломок лыжи, брошенный красноармейцами, проходившими через село. Это было в 1943 году, деревню только что освободили от фашистских оккупантов. И конечно, мальчишки тогда в глаза не видели настоящих лыж. "Товарищи смотрели на обломок с нескрываемой завистью,- вспоминает Куц.- Но обломок - это еще не лыжа. И вот вечерами, наскоро сделав уроки, я начинал мастерить. Вскоре обломок превратился вновь в лыжу. Вторую я сделал из доски старой рассохшейся бочки..."

И стал Володя бегать на лыжах. Разве мог он тогда предполагать, что лыжи станут своеобразным трамплином к беговой дорожке, к мировым рекордам?! "Именно лыжи разбудили во мне страсть к движению. И хоть с первыми весенними днями снег растаял и лыжи были бережно спрятаны до будущей зимы, желание бегать спрятать было нельзя. Оно осталось на всю жизнь".

Но настоящее знакомство со спортом началось, когда Куца призвали в армию. Сначала он был танкистом, а потом моряком. Служил на кораблях Балтийского флота. Занимался штангой, боксом, плаванием, греблей, лыжами. По лыжам даже выполнил норму первого разряда. А однажды в праздничный майский день 1948 года принял участие в легкоатлетическом кроссе и неожиданно для всех, а главное -для себя, выиграл.

Владимир Куц Прошло несколько месяцев, и Владимир, заменив заболевшего товарища, вышел на старт пятикилометровой дистанции в армейских соревнованиях. И опять победа! После этого он твердо решил тренироваться в беге. Тренировался сначала самостоятельно, на ощупь. Как талантливый самодеятельный актер, не зная системы Станиславского, не ведая теории театра, не будучи знаком с актерским мастерством, пытается путем эмпирическим открыть для себя непреложные истины искусства, так и Владимир, не имея никакого понятия о тренировочных нагрузках, о графиках бега, о технике и тактике, бежал и бежал, как бежится. И вдруг случайно на глаза ему попалась статья о тренировках рекордсмена страны в беге на длинные дистанции Н. Попова. "Эта статья,- рассказывал Куц,- была для меня настоящим открытием. Оказалось, что существует какая-то система тренировки, определенный порядок бега. Я до дыр зачитал эту статью. Третий, второй, первый разряды на 5000 и 10000 метров и неизменное первенство во всех гарнизонных соревнованиях - таков итог двух лет "изучения" этой статьи".

В августе 1953 года Владимира включили в сборную команду СССР, и он впервые вышел на старт международных соревнований. Дорога на Олимп не была усеяна розами. Победы сменялись поражениями. Куц устанавливал мировой рекорд, а англичанин Кристофер Чатауэй отбирал его, Куц устанавливал новый рекорд, а другой англичанин, Гордон Пири, снова отбирал его. Правда, англичане отбирали рекорды у Куца с помощью самого Куца. Как это может быть? Вот как это произошло, например, в норвежском городе Бергене на товарищеских соревнованиях, в которых участвовал Гордон Пири. Он специально приехал туда для того, чтобы встретиться с Куцем и наконец-то разделаться с прозвищем "неудачник Пири", приклеившимся к нему с легкой руки журналистов.

Это было за полгода до Мельбурна. Куц уже носил звание чемпиона Европы, был рекордсменом мира в беге на 5000 метров, восьмикратным чемпионом страны и обладателем всесоюзных рекордов на обеих стайерских дистанциях - в общем, Куц уже был Куцем. И было уже у него одно качество, за которое его любили и уважали соперники: свою борьбу за первенство он не сопровождал всяческими тактическими маневрами и уловками, никогда не прятался за других бегунов, а смело, решительно и мужественно шел вперед. Но вернемся к случаю в Бергене. Слово самому Владимиру Куцу:

- С первого же круга я возглавил бег. Темп высокий. 400 метров - 60 секунд. Пири идет за мной. Я пробую оторваться от него. Увеличиваю скорость. Но Пири упорно продолжает держаться за мной. Первый километр мы проходим на четыре секунды выше мирового рекорда. "Вперед, только вперед, не замедлять темпа",- приказываю я себе. Видимо, Пири решил ни на метр не отставать от меня. Я слышу близко, совсем рядом за своей спиной, его дыхание, поскрипывание его шиповок. "Нужно ошеломить его, сбить с толку внезапным спуртом",- решаю я и на втором километре делаю рывок. Но Пири держится. Он, словно тень, следует за мной. Второй километр мы заканчиваем уже на шесть секунд лучше рекордного забега.

Пири идет и идет за мной. И тогда в начале третьего километра я перехожу на вторую дорожку. Пусть и он возьмет на себя труд хоть немного повести бег. Но, оказавшись лидером, Гордон сразу замедлил бег. Круг за кругом Пири терял драгоценные секунды, сэкономленные нами на первых двух километрах.

Что же делать? Я, словно загипнотизированный, не могу отвести глаз от идущего впереди соперника. Скорость Пири неумолимо гаснет. "Не стоило труда два километра мчаться со сногсшибательной быстротой, чтобы вторую половину так плестись,- думал я.-Пири или не может, или не хочет самостоятельно развить высокую скорость. Почему он может поддерживать только чужую инициативу, только чужой темп бега?" Нередко со мной бывало на соревнованиях, что в критический момент борьбы у меня обострялась ясность мысли и сразу возникал план действия. Так случилось и на этот раз.

"Немедленно обойти,- решаю я,- и оторваться, насколько хватит сил". Усилием воли я заставляю себя еще какой-то миг идти бок о бок с Пири. Мне хочется видеть, на что он способен без лидера, тянущего его, . словно на буксире. Восьмой круг был самый медленный - 69 секунд. И тогда я резко выхожу вперед. Косые струи дождя бьют мне в лицо, соленый пот заливает и жжет глаза, отчаянно стучит сердце. Диктор объявляет, что девятый круг я пробежал за 65 секунд. Так же пройден и десятый круг. Итак, я иду почти по своему плану. Но что это? За своей спиной я слышу снова шорох шипов и прерывистое дыхание Пири. Напряжение самой борьбы несколько приглушило мою бдительность. Какой-то момент я следил за увеличением скорости и выпустил из виду своего противника. А он тем временем, приняв мой темп, шел позади в двух шагах от меня. Десятый круг - Пири за мной, одиннадцатый круг - Пири за мной! Я делаю еще одно усилие оторваться. Напрасно. Пири по-прежнему за мной. Мы идем уже на шесть секунд выше мирового рекорда.

Мы вышли на последнюю прямую. Я впереди, и вдруг я увидел справа от себя искаженное отчаянным напряжением лицо Пири. Он сильно рванул из-за моей спины. Я бросился вслед за ним, но поздно. Слишком мал был отрезок дистанции, чтобы успеть перестроиться. На финише Пири оказался на несколько шагов впереди меня. Мы оба показали время выше мирового рекорда. Но мой результат был всего-навсего всесоюзным рекордом, а Гордон Пири впервые стал мировым рекордсменом.

Вот так Владимир Куц второй раз помог англичанину побить мировой рекорд. И так же, как в Лондоне Чатауэй, в Бергене Пири, упав на руки подхвативших его товарищей, проговорил: "Спасибо Куцу!"

А через полгода друзья-соперники встретились в Мельбурне. В газетах на все лады склоняли имена возможных победителей в стайерских дистанциях. Особенный ажиотаж возникал вокруг имен нескольких спортсменов. Наиболее вероятными фаворитами считали австралийцев Лоуренса и Стивенса, англичан Пири и Чатауэя и, конечно, Владимира Куца. Правда, некоторые спортивные обозреватели о Куце стали отзываться довольно скептически. Его называли роботом, человеком-машиной...

Одна из мельбурнских газет спрашивала: "Сможет ли робот победить спортсменов-мыслителей?" И сама же отвечала: "Нет, в хитроумной борьбе такие спортсмены, как Куц, победить не могут".
Даже такой квалифицированный специалист, как Роджер Баннистер - известный английский бегун (бывший одно время даже министром спорта Великобритании), приехавший на Олимпиаду в качестве корреспондента американского журнала "Спортc иллюстрейтед", заявил, что "в Куце не нашел ничего, кроме безжалостной беговой машины".
Конечно, все эти высказывания Владимира огорчали, но, как он сам вспоминал, желание было одно: успешно выступить на Играх и доказать, что все эти "специалисты", мягко говоря, заблуждаются.

23 ноября. Эту дату советский спортсмен Владимир Куц золотом вписал в олимпийскую историю. В этот день проходил забег на 10000 метров. На старт вышло настоящее созвездие стайеров: Куц, Ковач, Мимун, Лоуренс, Пири. И все жаждут победы. Но победить может только один. Вот строки из дневника Владимира Куца:
"...После выстрела я сразу же вырвался из середины первого ряда и предложил темп, который был мною выверен на тренировках: первый круг - 61,4 секунды. Это обычный темп для меня, но он не подходит для многих соперников. Пири следует за мной. Он верен своей обычной тактике. Он верит, что ему удастся повторить в Мельбурне Берген. Он хочет за лидером прийти к победе, а может быть, и к новому мировому рекорду".
"Я делаю свой первый рывок. Это дает мне маленький, кратковременный успех. Пятый круг пройден за 65,4 секунды. Но вот тень Пири снова наползает на мою, снова я чувствую затылком его дыхание, и трибуны аплодисментами отмечают ответный рывок англичанина. И тогда я резко сбавляю темп. Круг мы проходим за 71,6 секунды. Это и есть "рваный бег".

Спортсмены уже прошли 5000 метров. Многим уже кажется, что Куцу так и не удастся оторваться от англичанина. Но Владимир верен намеченной тактике: "рваному бегу". Он непрерывно изматывает соперника то резким увеличением, то столь же резким снижением скорости.
"До финиша оставалось еще более трех километров, когда многие окончательно решили, что золотая медаль в руках англичанина,- пишет Куц.- А в это время я готовился к последнему, решающему рывку, который, по моему плану, должен был последовать на двадцатом круге. Пора выполнить свое намерение. И вот на полной скорости я перехожу с первой дорожки на вторую - Пири следует за мной. Со второй на третью - Пири следует за мной. С третьей на четвертую - Пири следует за мной. С четвертой на первую- Пири по-прежнему сзади. И вдруг я настолько замедляю этот необычный , зигзагообразный бег, что почти совсем останавливаюсь и, повернувшись назад, жестом предлагаю Пири выйти вперед... И, наконец, Пири выходит! Мы бежим теперь рядом, и впервые за весь этот бег я вижу рядом с собой его поникшую фигуру, предельную усталость, написанную на его лице, и я понимаю, что момент решающего ускорения наступил...

Владимир Куц
Пробежав рядом с Пири метров сто, я снова развил большую скорость, окончательно оторвался от англичанина, а он, видимо исчерпав остатки сил, отставал все больше и больше. Один за другим его обходили Ковач, Лоуренс, Кшишковяк, Норрис, Чернявский, Пауэр. Последняя капля переполнила, видимо, чашу усталости Пири. И вот двадцать пятый, последний круг. Он был пройден мной за 66,6 секунды. Я летел к финишу, к своей победе, и в эти последние секунды нашего бега даже судьи не смогли остаться бесстрастными". Так пришла первая олимпийская победа, завоеванная титаническим трудом, мужеством и необычайной волей. Тон высказываний в прессе резко изменился. А Роджер Баннистер, назвавший Куца "безжалостной машиной", в статье, озаглавленной "Куц - кошка, Пири - мышка", писал: "Куц - это не машина. Его мозг столь же прекрасно подготовлен, его мышление столь же совершенно, как и его тело".
А 28 ноября пришла и вторая победа. Лидируя с самого старта, ведя бег в предельном темпе, Владимир Куц выиграл 5000 метров с новым олимпийским рекордом. Таким образом, два выступления на Мельбурнской Олимпиаде принесли две золотые медали и два олимпийских рекорда. Вот такой трудной дорогой, усеянной не столько розами, сколько терниями, шел на Олимп советский спортсмен Владимир Куц и, оказавшись на самой вершине Олимпа, остался таким же трудолюбивым, таким же скромным человеком.

К сожалению, триумф бегуна на Олимпиаде в Мельбурне оказался последним в его спортивной карьере. После нее его все чаще стало беспокоить здоровье. Спортсмена мучили боли в желудке и в ногах. У него обнаружилась повышенная проницаемость венозных и лимфатических капилляров (это было отголоском событий 1952 года, когда он упал в ледяную воду и сильно отморозил себе ноги). В феврале 1957 года врачи Куцу заявили прямо: "Бросьте бег, если думаете жить", Но он не бросил. В декабре того же года он отправился в бразильский город Сан-Пауло на соревнования "Коррида Сан-Сильвестр". Но итог его выступления там был плачевен: он пришел восьмым. Однако и это поражение не заставило его бросить беговую дорожку. В течение нескольких месяцев он усиленно тренировался и в июле 1958-го, в Таллине, на чемпионате страны вновь вышел на беговую дорожку. И жестоко проиграл, придя к финишу последним. В 1959 году Куц официально заявил, что прекращает выступления на спортивной арене.

Еще три советских легкоатлета поднялись в Мельбурне на высшую ступень пьедестала почета, установив при этом новый олимпийский рекорд: метание копья среди женщин выиграла рижанка Инесса Яунземе, толкание ядра - ленинградка Тамара Тышкевич, в ходьбе на 20 километров первым стал москвич Леонид Спирин.

Марафонский бег выиграл Ален Мимун, участник трех Олимпиад. На Играх 1952 года Мимун бежал, словно в тумане.
"О святая Терезия! -говорил он себе.- Если ты дашь мне силы добежать, то я больше никогда не выйду на старт, а своей дочери, которая родилась вчера, я запрещу заниматься спортом... Я не обманываю никогда, о святая Терезия!.." И все же он обманул святую Терезию, этот темнокожий алжирец, выступавший за сборную Франции. Через четыре года в Мельбурне он вышел на старт марафонского бега и стал чемпионом. И дочери своей, Фабианне, он не решился запретить бегать. В 1972 году Фабианна Мимун, чемпионка Франции в беге на 800 метров, участвовала в Олимпийских играх, а ее отец, пятидесятилетний Ален Мимун, переживал за нее и, наверное, снова обращался к своей знакомой: "О святая Терезия, сделай так, чтобы Фабианна хорошо пробежала..."

Первым советским олимпийским чемпионом по боксу стал Владимир Сафронов. В Мельбурн он приехал из далекой Читы перворазрядником, а уехал оттуда заслуженным мастером спорта.

Своеобразный рекорд установил замечательный венгерский боксер Ласло Папп - он выиграл третью Олимпиаду подряд. Он стал первым в истории мирового бокса спортсменом, трижды подряд удостоенным высшей олимпийской награды.

К борьбе за свою третью медаль Ласло Папп готовился очень тщательно. И когда он вышел на первый бой на Мельбурнском стадионе, было видно, что он полон сил и уверенности. Впрочем, этот бой продолжался всего несколько секунд. Из-за рассеченной брови судьи не разрешили аргентинцу Сайенсу продолжать встречу.

Беспокоил Ласло бой с поляком Збигневом Петшиковским, от которого он за три месяца до Олимпиады потерпел поражение в Варшаве:

Бой начался. Петшиковский самоуверенно двигался по рингу и явно готовился продемонстрировать публике крушение кумира, победу над "звездой бокса". Движения Паппа были спокойны; он выжидал. В конце первого раунда, когда поляк опустил на миг правую руку, в воздухе мелькнул коронный левый крюк Паппа, и Петшиковский упал на ринг. От нокаута его спас гонг. Во втором и третьем раундах поляк уже старался любой ценой уйти от нокаута.

После победы над беспечным польским боксером Папп уже более спокойно готовился к предстоящей встрече с американцем Жозе Торресом - будущим чемпионом мира среди профессионалов. Двадцатилетний Торрес был очень способным боксером, но еще не имел опыта международных соревнований. Папп применил тактику выжидания. Не спешил атаковать противника, чтобы, выяснив его слабые стороны, можно было спокойно набирать очки. Третий раунд начался решительными атаками Паппа. Сильные удары с математической точностью обрушивались в челюсть Торреса, и наконец один из них уложил американца.

После боя Торрес заявил журналистам:

- Это был сильнейший удар. Сам не понимаю, как мне удалось подняться и закончить бой на ногах.

В 1957 году Ласло Папп, трехкратный олимпийский чемпион, решил помериться силами с лучшими профессиональными спортсменами в своей весовой категории. Ему шел тогда уже тридцать первый год. Ласло Папп стал первым боксером из советского блока, которому было разрешено уйти в профессиональный бокс.

Весной 1962 года Папп занялся статистикой. Получилась интересная картина: провел 18 боев с профессионалами, победил в 16, из них 9 нокаутом, в двух встречах был зафиксирован ничейный исход. Не проиграл ни одного боя!
А потом произошла встреча, ставшая крупной вехой в его профессиональной карьере: он выступил против американца Ральфа Йонеса, которого называли "Тигром". Йонес был на два года моложе, на его счету было 87 боев, из них в 14 он дрался против чемпионов мира. В 1955 году Ральф победил легендарного Рэя Сигера Робинсона. Специалисты были уверены, что встреча с Ральфом Йонесом положит конец победному шествию Ласло Паппа. Предсказания знатоков, как это часто бывает, не сбылись, и восхищенные зрители венского Штадтхалле бурно приветствовали победу трехкратного олимпийского чемпиона.

Эта победа дала возможность Паппу вызвать на бой чемпиона Европы. В то время этим званием владел Дан Христенсен, известный как "Джентльмен Хрис". Это был отличный боксер, которого считали гораздо сильнее "Тигра" Йонеса. Из 66 боев он победил в 49, из них 16 раз нокаутом, причем сам нокаута ни разу не испытал. Он был на 14 сантиметров выше Паппа, имел очень длинные руки, отличался удивительной реакцией. Уже первые секунды первого раунда показали, что оба спортсмена находятся в отличной форме. Папп вел бой уверенно, в своей обычной манере, проводя сильные боковые удары. Христенсен боксировал стремительными выпадами, резко. В первых трех раундах оба атаковали в одинаковой степени. Бой протекал ровно. Но в четвертом раунде начало выявляться превосходство венгерского боксера. В середине пятого раунда один из знаменитых левых крюков Ласло свалил Христенсена на ринг. "Джентльмен Хрис" встал, лишь когда судья досчитал до семи.

После седьмого раунда судья на ринге пригласил доктора, который, осмотрев боксера, заявил, что дальнейшее продолжение боя может серьезно угрожать здоровью Христенсена... Так тридцатишестилетний Папп завоевал звание чемпиона Европы среди боксеров-профессионалов. Ласло Папп опроверг мнение некоторых специалистов, что спортсмен, выросший в атмосфере любительского бокса, ни в коей мере не может добиться успеха на профессиональном ринге.

Однако, в 1965 году венгерские власти отменили свое разрешение заниматься Ласло профессиональным боксом и шанс стать чемпионом мира оказался для него потерян. Вскоре он стал тренером национальной сборной Венгрии по боксу и работал там с 1971 по 1992 год.

В Мельбурне вновь продемонстрировали свое высокое мастерство советские гимнасты. Они выиграли первенство и среди мужчин и среди женщин. Второй раз абсолютным чемпионом Олимпиады стал Виктор Чукарин. Среди женщин абсолютное первенство завоевала киевская студентка Лариса Латынина. Хорошо выступили посланцы Советской страны в борьбе классической, стрелковом спорте, тяжелой атлетике, современном пятиборье.

Успех советской команды закрепили футболисты. В день закрытия XVI Олимпийских игр, 8 декабря, они выиграли финальную встречу у сборной Югославии и завоевали золотые медали.

Но самым драматичным был не этот последний матч, а полуфинальный, в котором встречались футболисты Советского Союза и Болгарии. Игра была острой, резкой, изобиловала опасными моментами то у одних, то у других ворот и закончилась вничью, 0:0. По правилам были сразу же назначены два дополнительных тайма по 15 минут. Во время этого дополнительного времени защитник нашей команды Николай Тищенко неудачно столкнулся с болгарским нападающим. У Тищенко оказалась сломанной ключица. По тогдашним правилам всякие замены игроков были запрещены.

В советской команде осталось всего десять человек, и к тому же один из лучших нападающих Валентин Иванов играл с травмой. Раздумывать было некогда. И Тищенко бросился обратно на поле. Врач команды заморозил распухшее плечо хлорэтилом и крепко - так, что пальцы немели,- прибинтовал руку к туловищу. Каждое движение вызывало боль. Тищенко занял место на левом краю и пытался как-нибудь помочь товарищам. Сколько выдержки и мужества нужно, чтобы продолжать борьбу в такой ситуации!

А счет ничейный. И все-таки советская команда сумела вырвать победу в этом матче при самом непосредственном участии Николая Тищенко. Брошенный без "присмотра", он получил мяч в середине поля. Нет, его не принимают всерьез: каждый соперник "сторожит" активного игрока. Тем временем Тищенко потихоньку идет с мячом вперед. Десять метров, двадцать... И лишь когда Николай приблизился к белой линии штрафной площади, навстречу бросился защитник.

Поздно! В открывшуюся зону уже устремился Владимир Рыжкин. Пас ему, прямо на удар. Сказалось страшное волнение: Владимир "срезал" мяч, тот пошел вдоль ворот. Но и у болгар нервы не из железа. Не устоял вратарь, бросился в ближний угол. А мяч - мимо него, прямо к набегающему Борису Татушину. Тот подставил ногу и... гол!

Олимпийский футбольный кодекс, помимо запрещения менять травмированного игрока, содержит еще один жестокий пункт. В случае победы на команду выдается только 11 золотых медалей. Следовательно, награждаются лишь участники последнего, финального матча. Вот и получилось, что Тищенко сыграл все отборочные встречи, участвовал в одной восьмой финала, в четвертьфинале, в полуфинале. Но медаль ему не вручили. Он был награжден орденом "Знак Почета", ему было присвоено звание заслуженного мастера спорта.